Предыдущая   На главную   Содержание
 
Сливки летописей
 
ГЛАВА 38.]
 
  
 

Распоряжения султана

Султан Арслан-шах ибн Тогрул и эмир Шамс ад-Дин атабек Ил-Дегиз вызвали [на службу] эмира Занги. Его душу охватил страх, и он ответил им: 'Я мамлюк султана и его раб! Я не из тех, кто противоречит его приказу и уклоняется от повиновения ему. Да! Мой брат совершил проступок, который был оплошностью, но Аллах отомстил ему за султана так, что жизнь его оборвалась и он познал, каков вкус смерти. Я боюсь, что из-за этого в сердце (л. 87а) султана и атабека Ил-Дегиза осталась неприязнь ко мне, и хочу получить для себя безопасность и быть уверенным в этом, для того чтобы прибыть на султанскую службу'.

Он отправил им обоим со своим послом подарки и подношения, редкостные вещи, различные одежды всех видов, евнухов из числа эфиопских гулямов, арабских коней, купленных им в Катифе 1 и в других арабских странах, и добивался, чтобы они через посла дали ему обязательство [исполнить] [136] то, о чем он просил. Когда посол прибыл на службу к султану и атабеку Ил-Дегизу и доставил подарки, переданные с ним, и письмо, он получил то, чего желал, и добился того, о чем просил, и был отослан к своему господину. Посла звали Карир ад-Дин, и его посольство было успешным, а путешествие приятным. Когда посол прибыл к атабеку Занги, тот тщательно снарядился и со всем своим войском прибыл на службу к султану. Султан находился в Исфахане. Когда только он стал приближаться к султанской ставке, атабек Ил-Дегиз, узнав о его прибытии, приказал немедленно вывести все войска в полном вооружении. Приказ был исполнен, и войска выстроились рядами вдоль дороги. Его встречали также все эмиры, за исключением атабека Ил-Дегиза, который остался вместе с султаном в его ставке.

Когда прибывший атабек Занги 2 увидел войска в строю, в котором каждый отряд (л. 87б) имел знамена своего господина, и его гулямов в разноцветных одеждах и в полной боевой готовности, то он решил, что султан находится здесь же, и поэтому, спешившись, хотел поцеловать землю. Однако эмиры и хаджибы воспрепятствовали этому. Он несколько раз хотел сделать это, но каждый раз ему не позволяли сойти с коня.

Подъехав к месту, где находился султан, он увидел грандиозность шествия и множество просителей, это испугало его и потрясло его разум. Когда они приблизились к султану, эмиры и хаджибы сошли с коней и приказали спешиться и ему. Он спешился, и его душу охватил страх и почтение, а сердце замерло. Как только его заметил атабек Ил-Дегиз, то он тронул своего коня по направлению к нему, а хаджибы дали ему знать, что это - атабек. Он тут же упал и хотел поцеловать землю у копыт его коня, но атабек не дал ему сделать этого, подъехал к нему и обнял его со своего коня. А он в это время поцеловал его руки и сказал ему: 'Господин мой! Я прибыл на твою службу согласно договору. Выполни то, что ты обещал мне!'.

Ил-Дегиз ответил: 'Успокой свое сердце! Ты прибыл в свой дом!'. Он приказал эмирам и хаджибам представить его к службе султана Арслан-шаха ибн Тогрула. Войска и эмиры составили вокруг султана большое широкое кольцо, и султан остался в центре его один. За его спиной стояли только вооруженные гулямы. Эмиры вступили в круг, следуя пешком, и вместе с ними вошел и атабек Занги. Как только его глаза (л. 88а) заметили султанский шатер, он поцеловал землю и целовал землю на каждом шагу непрерывно. Едва он предстал перед султаном, он облобызал его ногу.

Султан ушел со своего места, а {атабека] поместили в его шатре (сарадик) и приказали принести ему все необходимое. [137] Ему доставили все, в чем он мог бы нуждаться, - еду, питье, свечи и постель.

Султан устроил собрание веселья, куда пригласил и его (Занги). Он пил вместе с султаном, который одарил его и его эмиров почетными одеждами, дал ему коня с жемчужным убранством и золотой сбруей и вручил ему меч, украшенный драгоценными камнями.

Он вышел от него и был представлен знатным иракским эмирам, для того чтобы каждый из них устроил пир в его честь.

Говорят, что эмир "Изз ад-Дин Сатмаз ибн Каймаз ал-Харами устроил для него пир, на который было израсходовано 150 тысяч исфаханских динаров, из которых 75 тысяч динаров наличными.

Он (Занги) пребывал на султанской службе до самого отъезда из Исфахана в Хамадан. Султан вторично облачил его в почетные одежды и назначил его правителем Фарса и его округов, приказав ему быть правосудным, справедливым и прекратить притеснения по отношению к подданным. Султан вместе с эмиром атабеком Ил-Дегизом вернулся в Хамадан, где оставался некоторое время.

Атабек Ил-Дегиз решил вернуться в (л. 88б) Азербайджан и Арран, так как он услышал о том, что грузины прельстились [намерением] вторгнуться в страны ислама и уже ограбили Двин, захватив тех, кто там находился 3. И он возвратился в Азербайджан.

Эмир Насир ад-Дин Ак-Куш умер 4, и области Хамадана 1а и Баруджирд 5 были отданы его сыну Мухаммаду ибн Ак-Кушу, хотя области Хамадана [ранее] не принадлежали а Ак-Кушу. Он получил его взамен Ардабила, который был отобран у него [Ил-Дегизом] и передан сыну последнего Пахлавану.

Когда 6 атабек прибыл в Азербайджан, то грузины послали ему письмо, в котором излагали следующее: 'Нам причитается харадж с Ганджи и Байлакана, который ежегодно поступает в казну [нашего] царя. Однако вот уже несколько лет, как поступления в казну прекратились, и мы желаем, чтобы ты внес эти деньги'. Он дал им следующий ответ: 'Я покинул Ирак и прибыл в эту страну только для того, чтобы собрать войска, двинуться на Тифлис и осаждать его непрерывно до тех пор, пока он не будет взят. Если у вас есть силы, выставляйте их, ибо я вторгнусь в вашу страну. Я пришел к вам с [таким] войском, от которого вас не спасет ничто, кроме ударов мечами или остриями [копий]'.

Султан Арслан-шах ибн Тогрул находился [тогда] в Хамадане. [138] Состояние войск Ирака стало лучшим, чем во времена [правления] султана Мас"уда, и атабек Ил-Дегиз послал к султану и известил его о содержании письма грузин, о том, что он ответил им таким образом, и объяснил ему [смысл] письма и ответа на него. Он просил султана прибыть к нему, и султан Арслан (л. 89а) ибн Тогрул двинулся из Ирака с войсками, которые радовали глаз и восхищали сердце. Каждый воин в отдельности был равен тысяче, а некоторые из них и большему числу. Их воспитали на конях войны и вскормили сосцы испытаний. Никто не слышал в Ираке о таком войске, собранном из отборных людей, и о [различных] видах войск, составлявших эту армию,

Султан двигался, пока не соединился с атабеком Ил-Дегизом в Нахичеване. Из Нахичевана он отправился дальше и достиг Ганджи, где остановился на несколько дней.

Когда царь грузин услышал, что он прибыл и стремится к встрече с ним в сражении, он направил к нему посла и стал умолять султана: 'Я отказываюсь от того, что я требовал от тебя. Я больше не сделаю ничего, что причинило бы тебе зло. Я согласен на то, что тебе угодно, и готов исполнить все, что ты пожелаешь!'.

К султанскому войску присоединился шах-арман Сёкмэн ибн Ибрахим 7, чтобы получить [возможность] быть на султанской службе и преуспеть на ней благодаря многочисленному войску и разнообразному оружию. Явившись на султанскую службу, он был удостоен благосклонности и почета, восхваления и возвеличивания. Султан обращался к нему, называя его 'старшим братом' (эчи).

Когда посол грузин прибыл к атабеку Ил-Дегизу, он сообщил о нем султану Арслан-шаху ибн Тогрулу. Султан призвал всех эмиров и шах-армана. Присутствовал и атабек Ил-Дегиз. Они стали совещаться относительно ответа послу грузинского царя. Все они обратились (л. 89б) к атабеку Ил-Дегизу [так]: 'Решение - за тобой! Ты лучше других знаешь свои страны. Что ты думаешь об этом?'.

Им показалось, будто он склоняется к перемирию, и эмиры Ирака поднялись и, обратившись к султану как его слуги, сказали: 'Мы расходовали свои средства на [снаряжение] войск и людей и собрали армию, для которой пространство стало тесным, а ее пыл заставит посторониться каждого. С ней мы прибыли сюда, а теперь должны вернуться, не встретив врага ислама, так и не показав ему мощи, почерпнутой из родников мести, и силы, которая приведет его к унижению и повиновению, могущества, что отвратило бы его от алчности, и воли, которая вселила бы в его сердце страх и печаль'. С ними в этом согласился шах-арман и сказал: 'Враги ислама ожесточили свои сердца против муслимов. [138] Что сделали они вчера, разграбив и разорив Двин, угнав в плен многих его жителей! Все это стоит у меня перед глазами. Я знаю, что мы собрались сюда, чтобы встретиться с врагом и отразить его зло и несчастье. Если враг увидит, что мы разойдемся без сражения с ним, без борьбы и вернемся, не столкнувшись с ним и не вступив в войну, [и это] после того, как мы расходовали то, что нами расходовано, и собрали столько войск, сколько могли, то, [разумеется], алчность врага возрастет. И когда султан - да увековечит Аллах его власть! - возвратится в Ирак, враг выступит против страны ислама со всеми своими силами и войсками, ибо она будет свободна от защищающих ее, встречающих (л. 90а) и отражающих [врага]. Тогда на голову муслимов упадет [тяжесть] его бесчестья и на знать и простонародье распространится его зло'.

Когда атабек Ил-Дегиз услышал эти слова и узнал, что люди настаивают на встрече с врагом, он подошел к каждому эмиру и, обняв его и целуя в лицо, говорил: 'Теперь я понял, что вы жаждете священной войны и настаиваете на сражении с врагами Аллаха! Вперед, на безбожных! Отдайте ваши души в джихаде за единого и могучего [Аллаха]!'.

Они отправили обратно посла грузинского царя с [его] мирными речами и тотчас же выступили из того места, где находились.

К султану собралось такое множество туркмен, что никто не мог определить их числа, и [вместе с ним] они двинулись на страну грузин.

Когда царь грузин узнал о том, что они вторглись в его страну, он поспешил им навстречу. Он подготовился, вооружился, собрал рассеянное и разбросанное и выступил с огромным войском и обозом. Ни одна армия безбожных не собирала такого количества воинов и людей [ополчения], оружия, копий-трезубцев, породистых коней и отличных мулов, каким обладало это войско.

Обе стороны приблизились друг к другу. Атабек Ил-Дегиз разделил войско на три группы. Одна из них была готова к встрече с царем и его армией, во второй находились войска Ирака, и он приказал им ждать [в засаде] до тех пор, пока не смешаются конные с конными и пешие с пешими,- [тогда] между ними вклинятся воины с мечами (ад-дарраб) и копейщики (ат-ти"ан) и придут им на помощь, чтобы укрепить сердца муслимое (л. 90б) и ослабить сердца безбожных, когда они увидят все это. Сам он остался в третьей части [войска] со своими гулямами и слугами - людьми, испытанными в войне, много раз участвовавшими в [битвах]. Они бывали в разных положениях и знали дела войны - явные и тайные. [140]

Царь прибыл и выстроил свои войска - правый и левый фланги, центр и два крыла. Против них стояли войска муслимов. Грузины стали атаковать муслимое, но те стояли очень твердо, и завертелись между ними жернова войны: головы отделялись от тел сверкающими, как молнии, мечами и плечи рассекались ударами клинков.

Когда сражающихся охватило пламя войны и чаша смерти стала горькой и прошла [среди воинов], сборище грузин бросилось на муслимов. Их смогла испугать только вторая часть муслимов, состоявшая из иракских эмиров. Они охватили их [своей конницей], словно ночной мрак или стремительный поток, [ринулись], прославляя Аллаха, собранные воедино решимостью и готовностью [сражаться]. Они присоединились к своим братьям-муслимам и пошли на врагов Аллаха, разбивая их отряды, вынуждая их храбрецов бежать и оттесняя их с места их обороны. Несмотря на это, те стойко оборонялись, [расположившись] перед своим царем. [Так было], пока не настал полдень, и тогда против них выступил сам атабек Ил-Дегиз со своими тюрками и, подобно темной ночи, укрыл своими людьми и оружием всю местность перед ними.

Когда царь [грузин] увидел множество войск (л. 91а) и подкрепления, подходившие отрядами, один за другим, [он и его войска] оставили свою позицию, и их настигли мечи - спереди и сзади. Число приверженцев Аллаха - муслимое стало превосходить сборища неверных безбожников и сжигать их пламенем, заставляя их плясать и прыгать. Полдень еще не наступил, когда муслимы одержали победу над разгромленными врагами Аллаха. Они изрубили мечами около десяти тысяч их героев и богатырей и оставили их в поле как пищу для диких зверей и хищных птиц.

Группа знати из числа безбожных была окружена и захвачена в плен. Словно преступников, приговоренных к сожжению, их силой отвели к месту, где находились султан и атабек Ил-Дегиз. На их лицах была видна пыль безбожия и тягость поражения. Одни из них шли со связанными назад руками, другие - за веревкой, привязанной к шее, многие были ранены и избиты.

Что касается царя грузин, то он спас свою душу бегством и был доволен тем, что вернулся без добычи, с пустыми руками и вместо победы - с поражением.

Муслимы завладели трофеями, подобных которым никогда не получал ни кто-либо из них, ни подобное войско. Воины были отягощены добычей, конями, множеством вещей, прекрасными шатрами и целомудренными, подобно жемчугу, гулямами 1б. В числе вещей, находившихся у царя и захваченных, [141] были серебряные ведра, из которых поили его коней (л. 91б), и посуда, в которой приготовлялась пища, столы, блюда, подносы и кувшины - все из золота. В его сокровищнице нашли большое количество драгоценных камней, золота, жемчуга и коралла-это все было подобно тому, о чем упоминал Аллах - хвала ему! - в Коране и что обещал жителям рая 1в.

Это сражение произошло в 556 году 1г 8.

Через несколько дней, после отдыха, войска вступили в страну грузин, подвергли ее набегам и принесли туда разорение и гибель, захватывая пленных и разрушая жилища. Они покинули страну, опустошив ее так, будто еще вчера она не была цветущей. Войска ушли, отягощенные добычей, обогатившись так, как только они могли мечтать 9.

Султан и атабек Ил-Дегиз возвратились в Ганджу, а шах-арман отправился в свое владение. Атабек Ил-Дегиз поместил в Гандже [наместника], который должен был охранять порядок в городе и защищать его от противника, который мог напасть на Ганджу или войти в ее округ. Сам он отправился в Нахичеван и находился там некоторое время на службе султана. Затем они отправились в Хамадан и прибыли туда невредимые, с добычей, не понесшие ущерба и осуществившие свои надежды 10.

Когда наступил 562 год 1д ал-Му"аййид Ай-Аба 11 прибыл из Нишапура к атабеку Ил-Дегизу и передал ему, что хорезмшах Ил-Арслан решил остановиться в 12 Нишапуре и отнять его у ал-Му"аййида, что, когда он исполнит свой замысел в отношении Нишапура, он не удовлетворится этим, так как его душа подсказывает ему, чтобы он направился в Ирак. 'Если вы не выступите, (л. 92а) чтобы остановить его и закрыть путь его помыслам, то перед вами {из-под земли] забьет такой источник, который вы заткнуть не сможете, и возникнет такое море, прилив которого вы не сдержите'.

Атабек Ил-Дегиз был в Хамадане, а затем направился в Рей, откуда отправил посла к хорезмшаху Ил-Арслану [со следующим письмом]: 'Поистине этот ал-Му"аййид Ай-Аба - мамлюк султана, а Хорасан - страна султана, владение его отцов и дедов. Точно так же Хорезм, где пребываешь ты,- его владение! Если ты двинешься на Нишапур, то моим ответом будет только поход против тебя и война между нами. Ты не задумываешься о самом себе!'.

Это послание вызвало гнев хорезмшаха Ил-Арслана, и он дошел до такой степени, что собрался и выступил к Нишапуру [142] в 562 году и остановился там, а атабек Ил-Дегиз выступил и остановился в Бистаме 13. Хорезмшах Ил-Арслан оставался у Нишапура два месяца, сражаясь с его защитниками, однако не смог взять его 14.

Когда он узнал, что атабек Ил-Дегиз и войска 1е Ирака двигаются к нему, он покинул Нишапур и отправился в Джурджан. Ал-Му"аййид 1е Ай-Аба направил кади имама Фахр ад-Дина ал-Куфи послом к хорезмшаху, и тот передал: 'Ты уже понес много расходов и награждал очень щедро, и тебе негоже вернуться в Хорезм, не выполнив задуманного. Но теперь, когда ты вернулся, я - твой мамлюк и дал себе слово подчиняться тебе. Я буду упоминать твое имя в хутбе и буду чеканить монеты - динары и дирхемы - от твоего имени. Я буду управлять в стране согласно твоему повелению и запрету'.

Когда хорезмшах услышал это послание, он обрадовался ему и пришел в восторг, и они примирились на этом [условии] (л. 92б). Хорезмшах Ил-Арслан хорошо принял кади Фахр ад-Дина и одарил его многими почетными одеждами и богатыми подарками. Он вернул его в Нишапур вместе [со своим] послом к ал-Му"аййиду Ай-Аба с множеством подношений и щедрых даров, среди которых были породистые кони с золотой и серебряной сбруей, покрывалами и множеством различных ценных предметов из редкостей, имевшихся в его сокровищнице.

Кади Фахр ад-Дин возвратился в Нишапур. Он достиг того, чего желал, его старание было успешно, и сердце спокойно и радостно 15.

Когда атабек Ил-Дегиз услышал о перемирии, заключенном между ал-Му"аййидом Ай-Аба и хорезмшахом Ил-Арсланом, он вернулся из Бистама в Рей, а затем [ушел] в Азербайджан, откуда отправил посла в Мосул с требованием читать хутбу с именем султана, чеканить монеты от его имени и посылать султану все то, что отправлялось раньше сельджукским султанам. Они ответили послушанием и повиновением, стали читать хутбу с именем султана Арслан-шаха ибн Тогрула в Мосуле и соседних областях Дийар-Бакра и ал-Джазиры и отправили ему дары и [среди них] бархат, породистых коней, византийских мулов и различные одежды, изготовленные в Египте и Дамаске. Дружба между атабеком Кутб ад-Дином Маудудом ибн Занги 16 и атабеком Шамс ад-Дином Ил-Дегизом укрепилась, и они стали словно одна рука на службе султана Арслан-шаха ибн Тогрула.

Что касается владетеля Фарса, то он продолжал, по обычаю, вносить (л. 93а) все то, что выплачивал ранее султану [143] Мас"уду и султану Мухаммаду ибн Махмуду ибн Мухаммаду Тапару.

В 563 году 1ж умер владетель Кермана 17, и среди его детей начались раздоры, и каждый из них хотел быть владетелем после отца. Его средний сын, а их было трое 18, бежал от братьев и прибыл в Хамадан на службу к султану Арслан-шаху ибн Тогрулу и атабеку Ил-Дегизу. Они согласились на его просьбу и осуществили его желание. Атабек Ил-Дегиз ответил ему подтверждением обещания. И это прохладило жар его стесненной груди и укрепило его надежды на близкий успех. [Атабек] возвысил его и оказал ему уважение, почет и обеспечил его. Он стал готовиться к тому, чтобы возвратить его в собственный дом.

Он установил для него численность войск, достаточную для него, и устранил их нужду. Он назначил командиром этих войск эмира Джамал ад-Дина Мухаммада ибн Насир ад-Дина Ак-Куша - вали Хамадана, а он был из числа самых храбрых героев и опытнейших всадников. Он (атабек) отправил под его знамена самых знатных вельмож и [своих] слуг, обеспечив накануне их нужды в деньгах.

Эмир выступил из Хамадана в 564 году 1з. 1и Когда он прибыл в Гувашир, где была столица, владетель [Бахрам-шах] бежал оттуда 1и и отправился в Нишапур, а эмир Джамал ад-Дин Мухаммад ибн Насир ад-Дин Ак-Куш торжественно вступил в город. Крепость сдалась ему, а он отдал ее владетелю Кермана, как указали ему султан (л. 93б) Арслан-шах ибн Тогрул и атабек Ил-Дегиз, и эмир оставался там, пока не отдохнул.

Когда владетель [Кермана] вошел в крепость, он нашел в ней сокровища, которые его брат не смог взять 19. Там было оружие, ковры и различные серебряные вещи, и он отправил все это эмиру Джамал ад-Дину Мухаммаду ибн Насир ад-Дину Ак-Кушу с извинениями и сказал: 'Клянусь Аллахом, если бы я нашел в этой сокровищнице вьюки с драгоценными камнями, я бы не оставил себе ничего и все отправил бы султану и эмиру атабеку Ил-Дегизу, потому что оба они исполнили все, что обещали мне, милостиво обошлись со мной, облагодетельствовали меня и заботились о моем праве [на владение]. Поэтому прошу извинения у Аллаха - хвала ему! - и у тебя и умоляю тебя, чтобы ты испросил для меня прощение у султана и атабека!'.

Из всего, что он смог собрать из своих владений во время пребывания в городе эмира Джамал ад-Дина Мухаммада ибн Насир ад-Дина Ак-Куша, часть была выплачена войскам, [144] которые пришли с ним, а остальное он отправил султану. Он сказал: 'Я - наместник (на"иб) султана в этой стране, и поэтому все, что остается после уплаты войскам, я отправляю султану и себе не оставляю ничего'. Об этом он сам написал султану и атабеку Ил-Дегизу.

Эмир Джамал ад-Дин Мухаммад ибн Насир ад-Дин Ак-Куш вернулся в Ирак к концу того же года, и, когда он прибыл в Хамадан, город был разукрашен в его честь, а на рынках устроили большие разукрашенные шатры. Султан предупредил группу эмиров, чтобы (л. 94а) все они вышли для его встречи, и те вышли и встретили его [торжественно]. Когда он вошел к султану, тот приветствовал его, любезно беседовал с ним и оказал ему почет, одарил его почетными одеждами, верховыми конями и назначил его эмиром хаджибов. Затем Джамал ад-Дин вышел от султана и направился ко двору атабека Ил-Дегиза. Атабек встал, обнял его, поцеловал в лоб и сказал: 'Хвала Аллаху, который даровал твоей руке завоевание Кермана, передал [Керман] его [истинному] владетелю, завершил то, к чему стремился султан, и помог осуществить [это] его желание. Ведь внимание султана было уделено тому, чтобы возвратить владетеля в его владение, чтобы он занял свое место, которое силой отнял у него брат, несмотря на то что его отец назначил преемником его' 20.

9 раджаба 567 года 1к умер хорезмшах Ил-Арслан ибн Атсыз 21, и тогда области Ирака и Азербайджана стали свободны для султана и эмира атабека Шамс ад-Дина Ил-Дегиза и в них начали исполнять повеления и приказы султана. Но султан Арслан-шах ибн Тогрул был властителем только по форме, а атабек Ил-Дегиз - в действительности. Он отдавал приказы, раздавал земли [в качестве] икта", распоряжался казнохранилищами, перемещал их по своему желанию в любое место страны. Султан же не мог вступать с ним в спор об этом, и иногда его грудь стеснялась от самовластия атабека Ил-Дегиза в деле управления, из-за [издания] приказов и распределения икта", которые тот раздавал кому хотел (л. 94б). Когда султан говорил об этом, то его мать, которая была женой атабека Ил-Дегиза и матерью двух его сыновей - Нусрат ад-Дина Пахлавана и Музаффар ад-Дина Кызыл-Арслана, отвечала ему: 'Не обращай внимания! Этот человек рисковал своей жизнью и не раз бросался в жестокие сражения. [Кроме того], он расходовал самое дорогое из своего добра и послал на гибель многих своих гулямов и сподвижников, пока он смог доставить тебе [престол] султана. Сколько есть из сельджуков таких, которые [145] старше тебя, но находятся в тюрьмах и жизнь их стеснена. Их помыслы были бы высоки, если бы они смогли двинуться, с места. Но они не могут! А ты - на троне султана, и он и оба его сына служат тебе и стоят перед тобой, сражаются с твоими врагами и побеждают твоих соперников, а ты и твоя душа свободны от всего этого! Все, что решает атабек - дарит или отбирает,- все это делается для укрепления твоей державы и упрочения твоей власти. Пусть же его поступки не причиняют тебе печали, а его стремления не доставляют тебе заботы: ведь он - твой мамлюк!'.

Когда он слышал такое от своей матери, он умолкал 22

В субботу 8 раби" II 566 года 1л умер Эмир верующих ал-Мустанджид би-ллах, и в воскресенье 10 раби" II 566 года 1м присягнули его сыну ал-Мустади" би-нури-ллаху 23.

До 569 года 1н атабек время от времени переезжал, находясь то в Ираке, 1о то в Азербайджане, иногда вместе с султаном 1о, иногда один. Когда наступил этот (569) год, он отправился (л. 95а) в Азербайджан и был там до 570 года 1п, а затем он умер в Нахичеване 24. Султан же находился в Хамадане вместе с Мухаммадом Пахлаваном.

Когда весть о смерти атабека Ил-Дегиза достигла его сына Мухаммада Пахлавана, он находился на службе султана [в должности] эмира хаджибов и управлял его делами. Он стал опасаться султана и поэтому сел на коня и отправился в Азербайджан, где занял место своего отца. Он овладел казной, имуществом и собрал войска - конные и пешие - и оставался на месте, ожидая, каковы будут события и намерения султана в отношении его прав. А [что до султана], то к нему после смерти Шамс ад-Дина Ил-Дегиза и отъезда Мухаммада Пахлавана собрались войска и эмиры, которые доставили ему много денег, поскольку у него не было никаких средств. Затем он стал готовиться к походу на Азербайджан, чтобы отнять его у Мухаммада Пахлавана. Он отправился в Хамадан вместе с войсками Ирака, а после того эмиры приложили все усилия и собрали к нему такое количество войск, подобного которому в Ираке не видели, и направились на Азербайджан.

Эмиры стали подстрекать султана к [захвату] Азербайджана и говорили ему: 'Если ты освободишь Азербайджан и посадишь в нем кого-либо из своих людей, кому ты доверяешь, то после этого ты вернешься в Хамадан, [а оттуда] направишься на Багдад и возьмешь его. Ведь владетель Мосула [146] Кут"б ад-Дин Маудуд ибн Занги - твой мамлюк - подвластен тебе и явится к тебе на службу. Затем, если ты захватишь Багдад и с минбаров халифата прочтут хутбу с твоим именем, (л. 95б) тогда небо страны будет для тебя чисто от любых соперников и врагов!'.

Султан согласился с ними в этом мнении и направился в город Занджан, но здесь его поразила тяжелая болезнь, не дававшая ему покоя, и эта помеха опечалила его и лишила сил. Он находился там, ожидая выздоровления, однако болезнь усиливалась, и когда он увидел, что она не оставляет его и что срок его жизни подходит к концу, он приказал отвезти себя в Хамадан. Войска вернулись, а он умер на пути в Хамадан в 570 году, через два месяца после смерти атабека Ил-Дегиза. Его привезли в Хамадан [уже] мертвым и похоронили в гробнице его отца Рукн ад-Дина Тогрула, рядом с его могилой.

Слух о его смерти распространился по стране, а его сын малик Тогрул находился с эмиром Нусрат ад-Дином Мухаммадом Пахлаваном ибн Ил-Дегизом в Нахичеване. Он посадил малика на султанский престол, а затем отправился из Нахичевана в Ирак. Себе он предназначил пост атабека, который занимал его отец при султане Арслан-шахе.

Малик Мухаммад 25, который был старше своего брата [султана] Арслан-шаха, находился в Хузистане. Когда он услышал о смерти своего брата султана Арслан-шаха, то потребовал от Шараф ад-Дина Амирана ибн Шимлы, который был его атабеком, правителем Хузистана и [командующим] войсками этой области, чтобы тот двинулся с ним на Ирак. Тот ответил: 'Я не могу сражаться один, без тебя, с атабеком Пахлаваном и защищать тебя. Недавно мой отец сражался с ним в (л. 96а) Кармисине, и он победил отца и убил его 26. А теперь с ним войска Ирака, Азербайджана и Аррана, и их число превышает 50 тысяч всадников. Отправляйся в Исфахан один, быть может, там войска султана узнают о твоем прибытии и часть их перейдет на твою сторону. Если это удастся тебе, я прибуду на твою службу вместе с имеющимися у меня войсками'.

После его слов малик Мухаммад направился в Исфахан и вступил в него. К нему присоединились все тамошние наместники (вали). Из Хамадана к нему присоединился Ил-Кавшут ибн Каймаз ал-Харама 27, и, [таким образом], у него в Исфахане собралось около тысячи всадников.

Когда атабек Пахлаван прибыл в Хамадан, то отсюда он вместе со своими слугами и гулямами за пять дней покрыл расстояние до Исфахана и напал на малика Мухаммада, словно летящая стрела или падающий метеор. Это был поступок того, кто сделал усердие своим другом и спутником [147] и уклонился от мыслей о неудаче, добывая [успех] благодаря твердости и решительности.

Малик Мухаммад и находившиеся с ним войска были разбиты и бежали в Хузистан, однако эмир Шараф ад-Дин Амиран ибн Шимла, боясь атабека Пахлавана, запретил им идти в его страну. Поэтому они направились в Васит 28. Пахлаван стоял с восточной стороны Васита уже три дня, и тогда правитель Васита послал к Мухаммаду и сообщил ему: 'Гостеприимство длится три дня, и мы выполнили свои обязанности. А теперь дело за тобой - ты можешь отправляться куда пожелаешь!'.

Мухаммад ответил: 'Я прибыл на службу Эмиру (л. 96б) верующих, чтобы поцеловать благородный порог и причислить себя к числу мамлюков победоносного государства, да укрепит его Аллах!'.

Правитель ответил ему: 'Иди туда, куда подсказывает тебе твоя душа!' - и выпроводил его из Васита. Он направился в Багдад, прибыл к местности близ ан-Нила 29 и послал в Багдад человека, но там не получил того, чего желал. После этого [из Багдада] вышли войска, которым приказали изловить его, если они его обнаружат. Однако он сумел уйти от них и вновь направился в Хузистан, правитель которого 30 не разрешил ему оставаться там. После этого он ушел в Шираз 31, к атабеку Занги и находился у него.

Атабек Пахлаван направил к нему (Занги) послание: 'Если ты не отправишь малика Мухаммада в распоряжение султана под охраной, я нападу на тебя, но ведь если ты будешь сражаться со мной, то погибнешь [сам]. А если убежишь от меня, то это будет гибель и для тебя, и для твоей страны!'.

Тогда атабек Занги схватил Мухаммада и отправил его-к султану Тогрулу. Атабек Пахлаван взял его [под стражу] и заточил в крепости Сарджахан 32, и это последнее, что известно о нем.

Страна стала для атабека Пахлавана свободной [от соперников], и он занял престол державы.

Во второй день зу-л-ка"да 575 года 1р умер Эмир верующих ал-Мустади" би-нури-ллах. Его халифат длился 11 лет и 6 месяцев. Халифом после него стал его сын - имам Эмир верующих ан-Насир ли-дини-ллах Абу-л-"Аббас. [148]

[ГЛАВА 39.]

Султан Рукн ад-Дин Тогрул ибн (л. 97а) Арслан-шах ибн Тогрул ибн Мухаммад Тапар ибн Малик-шах ибн Алп-Арслан ибн Да"уд ибн Мика"ил ибн Селджук, Сподвижник Эмира верующих

Султан Тогрул был малолетним ребенком и не обращал внимания ни на что 33, а атабек Пахлаван [вселил] большой страх в сердца воинов и правителей окраин (асхаб ал-атраф). Его боялись все владетели. Он собрал войско и направился в Азербайджан и Арран, откуда вторгся в страну грузин. Никто не сопротивлялся ему, и они (грузины) заключили мир, приняв его требования. Затем он возвратился в Ирак, оставив наместником в Азербайджане и Арране своего брата Музаффар ад-Дина Кызыл-Арслана. Он направил правителям окраин послания с требованием, чтобы они читали хутбу с именем султана Рукн ад-Дина Тогрула.

Те согласились, и хутба с его именем стала провозглашаться в Мосуле и его округах, в Арминии, Хилате, Фарсе и в .его округах и прилегающих областях и во всем Хузистане. Его повеления выполнялись и в остальных странах. Ему прислал письмо хорезмшах и заверил его в дружбе и искренности. На протяжении жизни атабека между ним и хорезмшахом [поддерживались отношения] дружбы и согласия 34. [Атабек] постоянно направлял послов к Высокому двору (дар ал-"азиза) [халифа] с изъявлениями благочестия, подчинения и должной покорности. Он показывал [таким образом], что достигнутое им [могущество] этой державы и [его] господство в стране - все это только от благословения, проистекающего от покорности Высокому двору, и от подчинения (л. 97б) благородным [его] велениям.

Из Багдада ему постоянно присылали почетные одежды и благословения. В течение всей его жизни он неизменно получал высочайшие пророческие благословения, завершившиеся благородной имамской службой, когда окончился срок его жизни: она оборвалась в 582 году 2а 35.

После его смерти осталось четверо его сыновей. Двое из них были от одной матери - [Инандж-]хатун, дочери эмира [Инанджа]. Это - Инандж-Махмуд и Амир Амиран "Умар. Двое других детей - Абу Бакр, от матери-тюрчанки 36, был самым старшим сыном: тюрки с его дядей Музаффар ад-Дином Кызыл-Арсланом находились в Азербайджане, у [149] Кызыл-Арслана детей не было, и Абу Бакр был для него как сын; последний сын Пахлавана от наложницы, по имени Узбек, находился в Хамадане.

Атабек Пахлаван назначил управлять Азербайджаном и Арраном своего сына Абу Бакра и его воспитание поручил его дяде Музаффар ад-Дину Кызыл-Арслану. Рей, Исфахан и остальную часть Ирака он предназначил своим сыновьям Инандж-Махмуду и Амир Амирану "Умару, а Хамадан отдал Узбеку. Накануне своей смерти он приказал им подчиняться их дяде Кызыл-Арслану 37. После того как к нему пришла смерть, все шло так, как он завещал. Он завещал также им всем быть на службе султана Тогрула, [советуя им], чтобы они не питали зла против него, не выходили из повиновения [ему], (л. 98а) защищали его, не оставляли его без помощи и [всячески] поддерживали его, не порывали отношений с ним, подчинялись ему и не восставали против него, а оказывали ему помощь во всех его делах. Он завещал им, чтобы они остерегались выходить из повиновения [халифу] и не уклонялись от исполнения [его] благородных пророческих приказаний, [и говорил], что Эмир верующих является для лих столпом, на него должно опираться при всяких испытаниях, [он] - крепость и твердыня, где они найдут убежище, если на них нападет упорный враг.

Когда атабек Пахлаван ушел из 38 жизни , Музаффар ад-Дин Кызыл-Арслан выступил, собрав войска Азербайджана и Аррана и большую часть войск Ирака. Он прибыл в Хамадан, где находился султан Рукн ад-Дин Тогрул и с ним вместе были Инандж-Махмуд и Амир Амиран "Умар. Их мать находилась в Рее.

Когда атабек Музаффар ад-Дин Кызыл-Арслан стал приближаться к Хамадану, султан Тогрул приказал всем эмирам и войскам встретить его на расстоянии одного дня пути [от города]. Они встретили его по обычаю, так, как они встречали его брата. Как только Музаффар ад-Дин захотел войти в Хамадан, к нему в Кушк ал-"Атик выехал султан. Там он сошел с коня и встретил его. Атабек Кызыл-Арслан спешился и поцеловал землю. Султан позвал его: ведь это был его дядя - брат султана Арслан-шаха от одной матери. Он приблизился, и султан обнял его, сидя на коне. Сели на коней и все воины. Они сопровождали султана в знак службы, пока тот не достиг Кушка, где атабек Музаффар ад-Дин спешился (л. 98б). Принесли покрывало. Все эмиры стояли перед ним в пешем строю с обнаженными мечами. Султан вошел в свой дворец в Кушке, а атабек Кызыл-Арслан вошел в свой шатер 39.

Когда наступил следующий день, атабек Кызыл-Арслан доставил ко двору султана дары, подношения и различные [150] виды редкостей и диковинок. Подобных им еще никто султану не доставлял.

На второй день было то же самое, и так продолжалось в течение месяца ежедневно доставлялось то, чего не было в предыдущий день, и складывалось вместе. Стоимость всего достигала 50 тысяч динаров наличными. Кроме того, он привез еще и наличные деньги - в сумме 100 тысяч динаров и одарил почетными одеждами всех эмиров. Они явились все и отправились вместе с ним, как будто находились со своим отцом или братом.

Когда мать детей его брата [Инандж-]хатун, дочь Инанджа, увидела, что вся власть перешла к атабеку Кызыл-Арслану и что Абу Бакр, [старший] сын атабека Пахлавана,. равен по положению своему дяде, занимает такое же место и [стоит] выше степенью, чем оба ее сына, она не могла перенести этого [равнодушно]. Она тайно сообщила об этом в Хамадан Ай-Аба и Русу 40 - мамлюкам и самым старшим [по чину] гулямам атабека Пахлавана. Оба они в то время были предводителями войск Пахлавана, и она писала им: 'Как можете вы вынести, что сын наложницы [Абу Бакр] стоит выше степенью и [занимает] более высокое положение, чем мой сын! Я владею таким количеством денег, сокровищ, динаров и дирхемов, что этого хватит, чтобы содержать (л. 99а) вас [многие] годы. Я хочу, чтобы вы усадили моих сыновей на коней и доставили их ко мне. Я устрою вас и всех, кто явится с вами, и израсходую столько денег, сколько нужно, чтобы вы объединили все войска вашего господина атабека Пахлавана'.

Как только к ним прибыло предложение [Инандж-]хатун, они сели на коней и в ту же ночь отправились. Они ехали два дня, а на третий вместе с ее детьми добрались до Рея к [Инандж-]хатун. Она выехала им навстречу и одарила их всех. Им подчинились гулямы атабека Пахлавана, которые отделились от него в Хамадане, и [другие] его войска, и их собралось много.

Атабек Музаффар ад-Дин Кызыл-Ар слан был вынужден отправиться {вслед] за ними в Рей. Когда он достиг Рея, Ай-Аба и Рус бежали [оттуда], ушли в Дамган и остановились вне города. Музаффар ад-Дин Кызыл-Арслан находился [в Рее] несколько дней. К нему вышли [Инандж-]хатун и ее дети - Кутлуг Инандж-Махмуд и Амир Амиран "Умар. Они сдали ему крепость, и он остался там на несколько дней.

Султан Тогрул ушел от него из Рея 41 и ехал до тех пор, пока не соединился с Ай-Аба и Русом в Дамгане. Музаффар ад-Дин после нескольких дней пребывания в Рее покинул его. Когда он выехал, Инандж-Махмуд и Хатун сопровождали его [151] до Саве. Хатун просила у него разрешения уехать в Сарджахан. Он разрешил ей [это], а сам отправился в Хамадан, где оставался некоторое время.

Когда Кызыл-Арслан выехал из Рея и слух о его выступлении достиг Хамадана, вернулся (л. 99б) султан Тогрул. Он находился в стране еретиков (билад ал-малахида), [расположенной] вокруг Дамгана и Гирд-куха. Он разорил ее и разграбил, убивая всех, кого застал там. [Затем] он возвратился в Рей 42. К нему присоединились правитель Абхара Баха" ад-Дин Шараф ад-Даула, правители Занджана - сыновья Кафшута - и правитель Мараги. Когда об этом услышал атабек Музаффар ад-Дин Кызыл-Арслан, он бежал из Хамадана и ушел куда глаза глядят 43.

Ай-Аба и Рус 44 взяли у султана Тогрула обещание, что Инандж-Махмуд будет при нем на должности, которую занимал его отец-атабек Нусрат ад-Дин Пахлаван, и султан исполнил его. Инандж-Махмуд вместе со своим братом Амир Амираном "Умаром бежал от своего дяди. [Оба они] вернулись на службу к султану и встретились с ним в Хамадане.

Когда атабек Музаффар ад-Дин Кызыл-Арслан прибыл в Азербайджан, он написал письмо Высокому двору [халифа] и в нем напоминал, что он мамлюк и сын мамлюка этой высокой династии (ад-даулат ал-"азиза) и что он постоянно [заботился] о том, чтобы снискать доброе мнение Эмира верующих, являющего поистине образец для этого [нашего] времени. А теперь, [как говорят], 'нет благоухания после "Урвы', потому что дело у нас дошло до того, о чем ведает Эмир верующих. Большая часть войск вероломно изменила лам и пошла за Рукн ад-Дином Тогрулом. Если эта порча не прекратится, она приведет к [такому] положению, что и сказать нельзя, каков будет его исход, и приверженцы государства и его рабы будут бессильны [сделать что-либо].

(л. 100а) Если Эмир верующих пожелает снарядить войска из Багдада, то [его] мамлюк присоединится к ним со стороны Азербайджана; это ослабит противника, и всё владение Ирака будет возвращено сторонникам державы [халифа], и в нем будут исполняться благородные [халифские] повеления, как это делается в Багдаде и в других местностях 45.

На это письмо ответили согласием, и Эмир верующих снарядил войско. Говорят, что из полного казнохранилища [халифа] на это войско было расходовано 600 тысяч динаров. Командующим войска был назначен везир Джалал ад-Дин Ибн Йунус 46. Оно выступило из Багдада в 583 году 2б и двинулось к Хамадану 47, чтобы встретиться с атабеком Музаффар [152] ад-Дином Кызыл-Арсланом в условленное время. Однако атабек Музаффар ад-Дин Кызыл-Арслан запоздал с прибытием.

Везир Джалал ад-Дин Ибн Йунус не придавал значения действиям султана Тогрула и говорил: 'Что за нужда в атабеке Музаффар ад-Дине Кызыл-Арслане? Мы сами пойдем и возьмем Хамадан!'. И он отправился из Керманшаха с намерением овладеть Хамаданом и остановился в Дай-Марге 48.

Султан Тогрул выступил из Хамадана в Хулван. С ним были все эмиры Ирака и Инандж-Махмуд с войсками атабека Пахлавана.

Обе армии встретились 49, и между ними произошло сражение, от которого стали седыми даже локоны [юношей] и нарушились ряды войск. Поле битвы заполнилось убитыми обеих сторон.

На левом крыле везира Джалал ад-Дина (л. 100б) находился эмир Махмуд ибн Парчам ал-Йива"и 50, с которым было множество туркмен и курдов. Он оставил [отведенную-ему] позицию и стал сражаться вместе с султаном Тогрулом против войск Багдада. Когда эмир Махмуд ибн Парчам обратился [вспять], остальные войска [Багдада] укрылись в Кармисине. [Только] в центре стойко держался везир Джалал ад-Дин, и здесь же в центре перед ним упорно сражались до самого вечера бывшие с ним его личные гулямы. Султан Тогрул сам прибыл к нему и сказал: 'Твои войска, обратились в бегство, и у тебя не осталось никого, кроме этих гулямов. Не губи себя и тех, кто с тобой!'. Он приказал нескольким эмирам, чтобы они пошли к везиру и отвели его в шатер, разбитый для него.

Войска возвратились в Багдад 51, а султан Тогрул [ушел] в Хамадан. Когда войска вернулись в Багдад, Эмир верующих ан-Насир ли-дини-ллах начал снова снаряжать их [в поход] и устранять их недостатки. Он выдал [для них] множество оружия и снаряжения и столько денег, сколько никто никогда не выдавал из Высокого дивана. Он назначил их командующим эмира Муджахид ад-Дина Халиса ал-Хасса. В конце года они выступили из Багдада 52.

Они приблизились к Хамадану в то время, когда там находился султан Тогрул. Узнав, что войск очень много и предводитель их усердный и мужественный человек, что они явились с сердцами, наполненными ненавистью и укрепленными упорством (л. 101а), султан оставил Хамадан и отправился в сторону Исфахана. Войска Багдада вошли в Хамадан и оставались там несколько дней. К ним прибыл атабек Музаффар ад-Дин Кызыл-Арслан. Они встретили его, оказав ему почет, и доставили ему указы господина нашего (маулана) [153] Эмира верующих ан-Насира ли-дини-ллаха. А в хутбе его титул произнесли [так]: ал-малик ан-насир амир ал-му"минин (Государь, пособник Эмира верующих). Они сообщили, что им приказано оказывать ему поддержку и что войска будут повиноваться его приказам и переходят под его власть и в его распоряжение. Хаджибы, доставлявшие ему какой-либо из этих [указов], каждый раз целовали землю перед ним и делали это неоднократно. Его усадили в шатре Муджахид ад-Дина Халиса и облачили в особые, почетные одежды.

Что касается султана Тогрула, то он отправился из Исфахана 53 в Азербайджан, где соединился с "Изз ад-Дином Хасаном ибн Кыпчаком 54, и численность [их войск] увеличилась. С ними было 50 тысяч туркмен, и они напали на Ушну, Урмию, Хой и Салмас, разграбили страну и нанесли ей ущерб 55.

Атабек Музаффар ад-Дин Кызыл-Арслан возвратился из Хамадана. Он заключил перемирие со своим племянником (сыном брата) Инандж-Махмудом, который отправился к нему в Хамадан. Сюда же прибыла его мать [Инандж-]хатун. Атабек Музаффар ад-Дин Кызыл-Арслан женился на ней и в Хамадане вошел к ней. Хатун осталась в Хамадане, а атабек Музаффар ад-Дин Кызыл-Арслан отправился [против] (л. 101б) султана Тогрула и туркмен, которые разорили страну. Он пошел на них сам и назначил командующими своего племянника (сына брата) эмира Абу Бакра - сына атабека Пахлавана, иракских эмиров - эмира База, Hyp ад-Дина Кара и вали Рея Сирадж ад-Дина Каймаза. Они напали на авангард туркмен, опередили их, не дав им выстроить ряды, разбили их, погнали и перебили огромное множество их, разграбив их жилища и скот. Войска захватили у них большую добычу и много [разного] добра.

"Изз ад-Дин Хасан и султан Тогрул бежали до тех пор, пока не добрались до ал-Кархини 56 - крепости эмира Хасама ибн Кыпчака, расположенной близ [реки] аз-Заб. Они написали письмо Эмиру верующих и просили прощения за проступок султана Тогрула, [состоявший] в том, что он [начал] войну с везиром Джалал ад-Дином Ибн Йунусом. [Султан], мол, вынужден был это сделать, но ныне - он мамлюк державы [халифа] и ее покорный раб. Если Эмир верующих прикажет ему прибыть на службу и дарует ему пощаду, если он [получит] для прокормления какую-либо должность и его [сочтут] достойным поста наместника {на"иба) в каком-нибудь месте, то он будет повиноваться благородным повелениям и пошлет [в Багдад] своего сына в качестве заложника в знак своей покорности.

Перед приездом в Багдад он предупредил, чтобы для его [154] встречи вышло торжественное шествие. Они сопроводили его, в Багдад. В руках у него был меч, а на плече - кусок [ткани] для савана. Он поцеловал Высокий порог, и ему отвели место для жилья, (л. 102а) Ему выдали обильные припасы и прислали драгоценные подарки. Затем ему написали, чтобы он находился на месте до тех пор, пока не будет рассмотрено его дело. Он оставался там до весенних дней, [a затем] вместе с "Изз ад-Дином Хасаном ибн Кыпчаком, вали Азербайджана, и с его сестрой, на которой он женился, выехал в ал-Кархини, где у него родился сын. Когда они следовали в Азербайджан, на них напал атабек Музаффар ад-Дин Кызыл-Арслан. Султан Тогрул отправился в Хамадан, где находились многочисленные войска приверженцев атабека Музаффар ад-Дина Кызыл-Арслана. Они не дали ему вступить в город, и его настиг атабек Музаффар ад-Дин Кызыл-Арслан. Султан Тогрул был вынужден сдаться атабеку Музаффар ад-Дину Кызыл-Арслану 57, надеясь на то, что обычай родства, которое было между ними, принесет ему забвение ошибок и прощение проступков. [Он надеялся], что будет отпущен на свободу - так поступил бы с ним брат атабека Пахлаван. Он не считал возможным [какого-либо] иного действия, полагал, что он - султан и будет самостоятелен [в управлении] всеми своими странами, и рассчитывал на полную власть [в этом].

Однако он (Кызыл-Арслан) поступил с ним не так. Он арестовал его и заточил в Азербайджане в крепости близ города Табриза 58. Вали этой крепости был человек из числа сторонников атабека Музаффар ад-Дина Кызыл-Арслана.

Атабек Кызыл-Арслан остался в Хамадане. Он завладев всеми странами султана Тогрула и некоторое время управлял ими 59, (л. 102б) Хатун была при нем, но он не обращал на нее внимания, предпочитая общество гулямов и вино. Он появлялся трезвым лишь иногда, и она не стала терпеть его-действий и заставила нескольких своих гулямов напасть на него. Они вошли к нему в то время, когда он был пьян, и убили его в постели. С наступлением утра для него приготовили коня, но он не появился, а когда к нему вошли, нашли его убитым 60.

Как только эмир Абу Бакр, сын атабека Пахлавана, узнал об убийстве своего дяди, он в ту же ночь сел на коня, отправился в Азербайджан и [вскоре] прибыл в Нахичеван.

Захида-хатун была женой атабека Пахлавана. В крепость Алинджу, что поблизости от Нахичевана, атабек Пахлаван и его отец атабек Ил-Дегиз во время своего правления собрала все доходы с Ирака и Азербайджана. [Эта] крепость и все,. что было в ней, оказались в распоряжении Захида-хатун, Эмир Абу Бакр воспитывался под ее опекой и находился [155] с ней на положении ее сына: Когда Абу Бакр прибыл в Нахичеван, она ввела его к себе, призвала вали города и сказала ему: 'Это - владыка страны, и ты под его властью!'. Она вызвала [также] вали крепости Алинджу и сказала ему: 'Это - владелец крепости!' - и привела его к присяге [Абу Бакру].

После того как все это произошло, он (Абу Бакр) отправился верхом в Ганджу. К нему вышел тамошний эмир и сдал ему город. Он вернул его в город, назначив своим наместником там. Так он ездил от одного города к другому, и все сдавали ему их, пока он не завладел [таким образом] всем Азербайджаном и Арраном 61. К нему собрались (л. 103а) войска, и он утвердился на месте своего отца и своего деда.

Что касается положения султана Тогрула, [оно было таково]: он оставался в течение двух лет заточенным в крепости. По соседству с этой крепостью [жил] некий человек из туркмен - эмир Махмуд ибн Сина-оглу 62. Он [раньше] служил атабеку Пахлавану. Когда он узнал, что атабек Музаффар ад-Дин Кызыл-Арслан сговорился с сыновьями своего брата и их матерью [о том], чтобы убить султана, эта [весть] причинила ему страдания и муки, переживания и болезни. Он задумался, какую бы устроить хитрость, и [в конце концов] столковался с вали крепости и освободил султана Тогрула из заточения. Это было сделано после того, как они взяли с него обещание, что эмир Махмуд станет эмиром аудиенций (амир-и бар) 2в, а вали крепости - эмиром-хаджибом.

Когда султан Тогрул вышел из крепости 63, он пошел на Табриз и пытался захватить его, но [жители] не сдали ему город. Он стоял близ него несколько дней, пока не укрепился и не собрал вокруг себя около 500 всадников.

Эмир Абу Бакр узнал о том, что он выступил и находится близ Табриза. Он поскакал навстречу Тогрулу, но тот сразу же бежал и отправился в Ирак. Когда он прибыл в Занджан, где находились завладевшие им сыновья туркмена Кафшута, они вышли к нему и двинулись вместе с ним.

Кутлуг Инандж-Махмуд, его брат Амир Амиран "Умар и их мать находились в Рее, и с ними были войска Ирака. Султан Тогрул ушел в Хамадан, а трое упомянутых (Абу Бакр, Кутлуг Инандж и Амир Амиран) объединились и выступили из Рея против султана. Султан отправился в Казвин, где находился Hyp ад-Дин Кара: он вышел и присоединился к султану с сильным войском.

Султан остановился (л. 103б) близ Казвина. А Инандж-Махмуд [156] сговорился со всеми войсками, и они направились. против султана в числе 15 тысяч всадников - знатных мужей и известных храбрецов. Они были убеждены, что султан Тогрул не устоит перед ними.

Когда обе стороны сошлись и войска вступили в бой, султан держался стойко с тем количеством воинов, которое было у него,- [всего] около трех тысяч всадников. Он удачно построил их, и каждый отряд стоял там, где он ему указал.

Инандж тоже построил свои войска, и их строй был подобен разукрашенным павлинам. Когда над ними взошло солнце, они засверкали ярким блеском и засиял весь горизонт.

Когда обе стороны приблизились друг к другу, султан Тогрул сам бросился на строй Инандж-Махмуда, находившегося в центре своих войск. Со своими личными гулямами и гулямами своего отца султан разорвал их ряды и сбил их с места, где они стояли. Когда войска правого и левого флангов сторонников Инандж-Махмуда увидели, что войска центра отступают, все они также бежали, отступив со своих позиций, рассеявшись словно рассыпанные бусины ожерелья. [Войска султана] учинили им полный разгром, опрокинув их знамена, и они [побежали], заполнив болота и рощи. Их плечи склонились под ударами султана Тогрула, они рассекали их головы и поили их души смертельным ядом. Спасся лишь тот, у .кого был быстрый конь, кто укрылся в [какой-либо] крепости или в горах. У них захватили столько добра, (л. 104а) что его количество невозможно было определить и подсчитать. [К Инанджу] возвратились лишь те из бежавших, которые еще могли вернуться 64.

Инандж-Махмуд укрылся в Азербайджане 65. Султан Тогрул пошел на Хамадан, а [Инандж-]хатун поспешила в Сарджахан, где находилась большая часть сокровищ атабека Пахлавана, и завладела ими. Она отправила султану Тогрулу письмо, в котором говорилось [следующее]: 'Я никогда не переставала питать склонность к тебе и была врагом твоим недругам - близким и далеким. Теперь, когда Аллах сделал тебя государем [во] владениях твоих предков, [ныне] я также одна из твоих служанок и невольниц. У меня много сокровищ и денег, и, если ты примешь меня, я буду служить тебе как одна из твоих наложниц при условии, что ты согласишься на договор о браке и дашь обязательство в этом. Я прибуду после этого к тебе на службу в Хамадан и постепенно передам тебе имеющиеся у меня сокровищницы и деньги'.

Султан согласился с ее условиями и пошел навстречу ее желанию. Он написал договор об этом и отправил ей с евнухом эмиром "Изз ад-Дином Фараджем. Тот оставался при [157] ней несколько дней, пока она не снарядилась самым лучшим образом и не выехала на службу к султану.

Когда она достигла Хамадана, султан приказал, чтобы ей навстречу выехали все эмиры и их жены (хаватин). Они выехали и сопроводили ее в Хамадан наилучшим образом и в блестящем окружении.

На следующий день после ее прибытия султан призвал кади, вельмож и других эмиров, начальников войск и в их присутствии был заключен брак султана с нею. Она оставалась с ним в Хамадане в течение некоторого времени, но пришел (л. 104б) ее срок, и она скончалась в Хамадане 66.

Когда она умерла, Инандж-Махмуд решил, что ее убил султан Тогрул. В его сердце закрался страх, и он стал опасаться, что султан Тогрул сделает с ним то же, что сделал с его матерью. Он уклонился от того, чтобы явиться на службу к султану, хотя и готовился к этому, и присоединился к войску хорезмшаха Текиша. Эмиры Ирака хотели было отправиться к нему на службу еще до того, как Инандж-Махмуд прибыл к ним, но затем вернулись, отделившись от Инандж-Махмуда.

Hyp ад-Дин Кыран-Хуван отправился [на службу] к хорезмшаху "Ала" ад-Дину Текишу ибн Ил-Арслану, а эмир Сирадж ад-Дин Каймаз - в Хузистан, а оттуда - в Багдад Сын амир-и бар был захвачен в плен 67.

Инандж-Махмуд направился в Азербайджан и остановился поблизости от Табриза. С ним была группа гулямов его отца. Здесь же находился его брат Амир Амиран "Умар. Они оставались там [некоторое время]. [Когда] они попытались вступить в Табриз, никто в городе не воспротивился этому.

Как только они собрали здесь столько [воинов], сколько-хотели, они двинулись против эмира Абу Бакра, находившегося в Нахичеване. Тот вышел навстречу им, и они сошлись в битве, в которой ломались мечи и разбивались копья. Каждый из них упорно противостоял другому, пока не наступил полдень. В это время эмир Абу Бакр атаковал [войска Инанджа], и они позорно бежали от него. Он преследовал их до тех пор, пока не взял в плен [целую] толпу их 68. [но] оба его брата ушли от него. Инандж-Махмуд, разбитый, бежал в Ирак. Амир Амиран "Умар отправился (л. 105а) в Ширван. Здесь его встретил ширваншах, оказал ему честь и почет, выдал за него свою дочь 69, преподнес ему деньги и дал в подарок около ста коней, вооружение и все, в чем он нуждался. Он снарядил его, и тот отправился к грузинской царице [Тамар] 70 - у них тогда [царствовала] женщина. Она приказала своим эмирам и войскам, чтобы те оказали [должный] почет его двору и выполнили его пожелания. Они встретили его хорошо, обошлись с ним согласно [158] достоинству его предков, оказали ему [должное] уважение л почет, доставили ему все, в чем он нуждался из продовольствия, фуража, денег и одежды, и [наконец] спросили у него о причине его приезда к ним. Он ответил: 'Мой брат эмир Абу Бакр не позаботился о нас так, как следовало согласно нашему праву, в то время как мы, отступая, остановились в его землях и искали у него убежища. Хотя [долг] защиты и родства обязывал его соблюдать нашу неприкосновенность и обратиться с нами на борьбу против нашего врага, чтобы отразить его, отобрать наше владение и водворить нас в Ираке, он пребывал в спокойном положении в Азербайджане и даже напал на нас со своими людьми. Мы скитались по стране, [постепенно] слабея, и были вынуждены удалиться на чужбину из нашей страны. И я пришел к вам в [вашу] страну, чтобы вы помогли мне людьми и отправили со мной войско. [Тогда] я [смогу] выйти против него, встретиться с ним, вступить с ним в бой и одолеть его. Если я одержу победу над ним и изгоню его из страны, то [вот] она - перед вами, возьмите в ней что хотите, ведь у вас нет соперников в ней!'.

Они приняли его предложение и начали (л. 105б) собирать войска и снаряжать их. Они написали ширваншаху, а он [еще ранее] вступил в подчинение им и платил им харадж 2г, чтобы он готовился выступить с ними. К нему (Амир Амирану "Умару) присоединилось сборище из войск Аррана, из числа тех, кто горел желанием идти с ним только для того, чтобы впоследствии занять при нем положение приближенных и знатных. Собралась также группа туркмен и явилась к нему. Все они смешались [в одну кучу] и пошли против эмира Абу Бакра, сына атабека Мухаммада Пахлавана, с войском, от которого земля стала сжиматься, а воздух словно подавился им. От топота армии сотрясалась почва, и от поднятой ею пыли разверзлись небеса.

Когда они приблизились к Байлакану 71, [против них] выступил эмир Абу Бакр. Он собрал войска, призвал воинов, стал против них и изготовился к сражению.

Когда оба войска встретились и крики храбрецов достигли небес, а одно войско смешалось с другим, пешие воины атаковали эмира Абу Бакра так стремительно, что ему пришлось отойти со своей позиции. Они оставили часть его героев и отборных воинов поверженными и бездыханными. Эмир хотел было выйти из сражения, но не мог сделать это-то, так как был окружен со всех сторон. Он держался стойко, и с ним держались все его гулямы, оборонявшиеся возле него и сражавшиеся, [охраняя] его тыл. Однако они были [159] не в силах сделать что-либо: [многие] из них были убиты и только небольшая часть сумела отступить. Эмир Абу Бакр-упал между убитыми. На него бросился один из гулямов (л. 106а) его брата и хотел его убить. Он не узнал [эмира], однако Абу Бакр узнал его и сказал: 'Я - такой-то!'.

Гулям сошел с коня и посадил его вместо себя, а сам сел на другого коня. Все, кто видел его, думали, что он ведет пленного к своему господину. А когда он вышел из сражения, он повез его [дальше и дальше], пока не доставил в-Байлакан. Там они оставались до тех пор, пока не собрались те, кто бежал [после поражения], и Абу Бакр, побежденный, ушел в Нахичеван 72.

Что касается его брата Амира Амирана "Умара, то он возвратился вместе с грузинскими войсками и муслимами. Они добрались до Ганджи, остановились близ нее и потребовали, чтобы город был сдан [эмиру]. [Из города] ответили: 'Если бы ты прибыл к нам один, мы сдали бы тебе город. Но ты явился с этим сборищем безбожных (куффар), и мы не можем отдать тебе этот город из страха, что неверные изменят тебе и завладеют им. Тогда мы с нашими детьми будем угнаны в плен, а наши мужи и наши семьи будут перебиты. Если допустить такое, в этом пограничье (ас-сагр) не останется ни одного города страны ислама, который бы не попал в их руки. Тогда опоры ислама рухнут и скроются во мраке, после того как над ними светило солнце'.

Они не сдали ему города. Во время отступления [войск Абу Бакра] в городе Гандже нашла убежище группа эмиров, потерпевших поражение, и грузины поняли, что не смогут захватить город против воли [его обитателей] и не в состоянии овладеть им в сражении.

Амир Амиран отправил им письмо, [в котором] писал: 'Сдайте город мне, я войду туда один и избавлю вас от этого врага'. Они ответили: 'Мы повинуемся этому и имеем склонность к тебе!'.

Он сообщил грузинам, о чем шла речь [в переговорах] между ним и горожанами (л. 106б), и сказал им: 'Если я войду в Ганджу, там будет установлено ваше господство,. вам будет доставляться ее харадж, вы будете получать ее доходы. А если мы не сможем взять Ганджу [силой] меча и-отойдем от города, они призовут моего брата и отдадут город ему. Если буду в нем я, это будет для вас лучше, нежели в нем оказался бы мой брат!'.

[Грузины] сказали ему: '[Нашим] условием будет [следующее]: с тобой в город войдет один из наших эмиров, который посадит тебя на султанский трон' 73.

Он сообщил жителям, чего они требуют. И те ответили: [160] 'Не беда, если [с тобой] будет несколько из числа тех, в чьем коварстве мы уверены [заранее] и чьего вероломства л зла мы будем остерегаться!'.

Когда наступил день, в который они обещали ему сдать город, он сел на коня. При нем были его гулямы и эмиры его войск. Вместе с ним в город вошло трое грузинских эмиров в окружении своих приближенных. [Они] пришли вместе с ним во дворец султана и усадили его на султанский трон. После того как он уселся на трон, они привели его к присяге в том, что он не замышляет против них обмана, будет в согласии с ними тайно и явно и о всех своих договорах будет сообщать им, [а также] не будет поступать вопреки тому, что [они] ему предложат.

Он присягнул им в этом, и они выехали из города. На второй день после своего въезда в город он сел на коня и выехал к ним. Грузинские войска отъехали от Ганджи.

После их отъезда он прожил 22 дня и умер. Жители Ганджи завладели городом и послали весть эмиру Абу Бакру: 'Приезжай к нам, и мы отдадим тебе город, потому что твой брат умер!' 74. Он выехал из (л. 107а) Нахичевана и прилетел в Ганджу на крыльях поспешности. Они сдали ему город, он привел в порядок городские дела и, передав его своему сыну эмиру ...2д, возвратился в Нахичеван 75.

Грузины, как только услышали, что Амир Амиран "Умар ибн Мухаммад Пахлаван умер и городом овладел его брат эмир Абу Бакр, [тотчас же] снарядились и выступили. Они достигли Ганджи и остановились в ее окрестностях. Эмир ...2д вышел [из города] против них и нанес им удар в то время, когда они только располагались и не ожидали нападения. Он перебил 300 человек из их числа и вернулся в город 76.

Когда грузины увидели, что они под Ганджой ничего не добьются, они ушли и напали на Нахичеван. Эмир Абу Бакр уехал оттуда в Табриз. Грузины расположились под Табризом, но Захида-хатун заключила с ними перемирие, откупившись от них некоторой суммой. После того как они разорили волости (расатик) Табриза, они удалились в свою страну. Их руки стали полны добычей: они увели в плен столько людей, что числа их никто, кроме Аллаха - хвала ему ! - не знает 77. Они угнали весь скот страны и ушли, нападая по пути на [многие] округа, захватывая крепости и грабя город за городом. Так они завладели большей частью крепостей и обложили хараджем Нахичеван и Байлакан. Они овладели [областью] Двина и его крепостями, напали на Маранд и, захватив его силой, перебили мужчин и угнали в плен детей 78. [161]

Они продолжали действовать таким образом, а эмир Абу Бакр был постоянно погружен в разврат, беспробудно пьянствуя в обществе гулямов. Он обязал хадмсибов и эмиров, Чтобы они ничего не сообщали ему о действиях грузин 79.

Грузины же, видя (л. 107б), что никто не помышляет оказывать им сопротивление, еще больше осмелели, разошлись по стране и осаждали крепости до тех пор, пока полностью не овладели Арранской страной. Никто из муслимое не защищался от них, за исключением Ганджи и ее округов и крепостей.

Как мы уже упоминали, они завладели Шамкуром и Байлаканом, а это - города Аррана, разграбили Маранд и силой захватили Ардабил, и там они творили то же 80, что и в Маранде.

Что касается султана Рукн ад-Дина Тогрула ибн Арслан-шаха, то он, после того как Кутлуг Инандж-Махмуд бежал от него и он женился на его матери [Инандж-хатун], [сумел] захватить весь Ирак и напал на Рей, где находились люди хорезмшаха "Ала"ад-Дина Текиша ибн Ил-Арслана, владевшие крепостью и городом 81.

Он взял город в тот самый день, когда прибыл [к нему] и осадил крепость. Он заставил хорезмийцев уйти из крепости, обещав им пощаду по их просьбе. Когда они вышли из крепости, он разрешил им уйти из города, но [затем] изменил данному им обещанию и послал вдогонку хорезмийцам людей, которые захватили то, что было с ними, и перебили множество их. [Лишь] части из них удалось [спастись] бегством 82. Он овладел [также] Исфаханом и передал его во владение икта" "Изз ад-Дину Фараджу ал-хадиму 83. В Ираке у него не осталось больше соперников, и никто не препятствовал его власти и господству.

Что же касается Инандж-Махмуда, то он после бегства от своего брата эмира Абу Бакра.прибыл в Занджан. .Отсюда он бежал еще быстрее, пока не добрался до Семнана 84. (л. 108а). Иракские эмиры нашли убежище у хорезмшаха "Ала" ад-Дина Текиша ибн Ил-Арслана и вступили в его войска 85. Когда Инандж-Махмуд прибыл в Семдан к войскам хорезмшаха "Ала" ад-Дина Текиша, они уже были предводителями [в войсках] хорезмшаха"Ала"-ад-Дина Текиша. Он оставался с ними до тех пор, пока хорезмшах "Ала" ад-Дин Текиш не прибыл в Дамган 86. Инандж-Махмуд и отдельно [от него] иракские эмиры отправились и явились на службу к хорезмшаху "Ала", ад-Дину Текишу в.Дамган, представ перед его троном. Инандж-Махмуд поцеловал землю перед ним, рассказал о своем положении и о том, что ему было дано [судьбой]. Хорезмшах "Ала" ад-Дин Текиш дал ему [благоприятные] обещания, оказал ему милость, был щедр к нему [162] и удовлетворил его просьбы. Он приказал одарить его великолепными почетными одеждами и облачил в подобные одежды всех его спутников, и Инандж-Махмуд возвратился в Семнан для службы хорезмшаху "Ала" ад-Дину Текишу.

Когда султан Рукн ад-Дин Тогрул узнал о нападении хорезмшаха "Ала" ад-Дина Текиша на Рей, он собрал свой войска и [силы] своих сторонников и отправился в Рей. "Изз ад-Дин Фарадж остался в Исфахане, а сыновья [Ил-]-Кафшута - в Занджане.

Хорезмшах "Ала" ад-Дин Текиш [еще] до прибытия войск из Исфахана и Занджана прибыл в Хувар 87.

Человек из Рея по имени Амин ад-Дин Мухаммад аз-Занджани, который был уполномоченным (на"иб) 88 господ (мавали) в Рее, рассказал мне следующее: 'Когда хорезмшах "Ала" ад-Дин Текиш прибыл в Хувар, он находился там два дня. (л. 108б) Состоявший при нем на службе его старший хаджиб (хаджибуху ал-кабир) Шихаб ад-Дин Мас"уд ибн ал-Хусайн написал султану Рукн ад-Дину Тогрулу [так]: 'Хотя я мамлюк султана "Ала" ад-Дина Текиша, взращен его. благодеяниями и милостью и являюсь игрушкой в его руках,. это [обстоятельство] не препятствует мне подать тебе [добрый] совет. Нет ни одного воина, надевшего на голову калансуву, который не повиновался бы тебе в силу [твоего} права власти: ведь [твои предки] - султаны и сыновья султанов, их власть распространялась на различные страны,. они завладели всеми землями и на службе [у] них находилось множество людей. Я советую тебе отойти из Рея в Саве, остаться там и заключить мир с султаном "Ала" ад-Дином Текишем, а мы будем посредниками между тобою и им. Пределом его требований [к тебе] будет твой уход из Рея. Это [нужно ему] для того, чтобы люди знали, что его престиж и честь в его стране не поколеблены в глазах владык неверных (мулук ал-куффар). Ведь им известно, что Рей принадлежит ему (хорезмшаху), но люди его изгнаны из города и им владеет другой. У него нет, кроме этого, [никакого] другого стремления, и, если ты откажешься от Рея в его пользу, он удовлетворится этим и снова уйдет в Хорезм, оставив в Рее своего сына. А сын его, если он будет в Рее, окажется под твоей властью, будет подчиняться твоему приказу и следовать твоим запретам. Получится, что султан вернулся по доброй воле и без кровопролития, и все останется так, как оно есть"'.

Когда султан Рукн ад-Дин Тогрул прочитал послание старшего хаджиба Шихаб ад-Дина Мас"уда, он вызвал старших (л. 109а) эмиров из числа своих сподвижников и изложил им это.

Владетель Казвина эмир Hyp ад-Дин Кара стал советовать [163] ему так: 'Это - верная мысль, нам так и нужно поступить: отправиться в Саве и оставаться там до тех пор, пока к нам не прибудут наши войска из Исфахана и Занджана. А если хорезмшах "Ала" ад-Дин Текиш начнет преследовать нас, мы остановимся перед ним в узком проходе между Саве и Мушкуйа 89 и воспрепятствуем ему в этой попытке. Если же это нам не удастся, мы уйдем в Исфахан, а если он нападет на нас в Исфахане, то вернемся в Хамадан. Он не сможет покинуть свою страну и не станет преследовать нас с места на место, и тогда мы сможем заключить с ним мир на благо муслимов'.

Султан сказал: 'Это хорошее мнение. Но если бы мое сердце позволило мне поступить так, не думая о том, что народ скажет обо мне, мол, я бежал от этого человека [из трусости]. Кроме того, хорезмийцы войдут в Рей и станут управлять его жителями, а эти люди выказали свою любовь и приверженность ко мне. Хорезмийцы будут властвовать там, станут притеснять их и чинить им обиды. Поэтому я не поступлю так!'. Он встал и [тотчас] же выехал из Рея, а войска оставались у Хорасанских ворот. Часть войск ушла с ним.

Султан "Ала" ад-Дин Текиш достиг Фархана 90. А султан Рукн ад-Дин Тогрул сел на коня и отъехал от города на {расстояние] одного фарсаха и там встретил иракцев, командиром которых был Кутлуг Инандж-Махмуд.

Как только султан увидел иракцев, (л. 109б) он атаковал их, однако в атаке вместе с ним участвовало всего 60 человек - все его гулямы. Они стояли вокруг него и [стойко] сражались. Он атаковал центр [Кутлуг Инандж-Махмуда], но один из иракцев выпустил стрелу в него, попал ему в глаз, и он упал на землю. К нему подошел Кутлуг Инандж-Махмуд. Султан сказал ему: 'О Махмуд! Подними и унеси меня, это будет лучше и для тебя и для меня!'. Однако тот не послушал его, спешился и, отрезав ему голову, повез ее к султану "Ала" ад-Дину Текишу. Но "Ала" ад-Дин не одобрил [его] поступка и сказал: 'Для меня было бы желаннее и лучше, если бы ты привез его живого! Увы, его судьба повелела иначе!'.

Когда султан Тогрул ибн Арслан-шах готовился к битве, эмиры спросили у него: 'Где будет место нашей встречи, чтобы мы добрались туда, когда наступит время?'. Он ответил им: 'Я буду лежать убитым под копытами коней - вот мое место!'. И случилось так, как он предсказал.

Говорят, что в тот день он сшиб множество всадников с их коней и сражался так упорно, что о подобном никто не слышал. Но увы, тот, кого покинул Аллах, ухищрением [ничего] не добьется! Это записано в его Книге!

Султан "Ала" ад-Дин Текиш отправил голову султана в [164] Багдад. Было перевезено и его тело, которое похоронили в Рее, в гробнице при соборной мечети, рядом с его тезкой - первым султаном Рукн ад-Дином Абу Талибом Тогрулом ибн Мика"илом ибн Селджуком.

Это произошло 9-го числа месяца раби" I 590 года 2е 91. Когда был убит султанТогрул (л. 110а) ибн Арслан-шах ибн Тогрул ибн Мухаммад Тапар ибн Малик-шах ибн Алп-Арслан"ибн Да"уд ибн Мика"ил ибн Селджук - последний сельджукский государь, от раскаленных углей рода Селджука осталась одна зола, которую развеял ветер 92. А Аллах всемогущ во всех делах!

[ГЛАВА 40.]

Рассказ о сельджукских государях и султанах и сроках их правления со времени, как они овладели государством и до того времени, когда оно распалось

Сельджукские эмиры переправились [через Джейхун] из Нур-и Бухары на хорасанскую сторону в 426 году 3а. Это были Йабгу, Чагры-бек Да"уд и Тогрул-бек Мухаммад - сыновья Мика"ила ибн Селджука и Куталмыша ибн Исра"ила ибн Селджука. Они поселились в пределах Насы 93. В Хорасане им служили туркмены, а затем и соединились с ними.

В первую пятницу раби" I 428 года 3б султан Мас"уд ибн Махмуд ибн Себюк-Тегин снарядил [против них] командующего своими войсками, но они разбили его. Это произошло у Данданакана, и [это сражение] привело к тому, что власть и [титул] султана перешли к сельджукам.

Чагры-бека звали Да"удом.

Сражение у Данданакана произошло в четверг 8-го числа месяца рамадана 431 года 3в 94.

Великий султан Рукн ад-Дин Абу Талиб Тогрул ибн Мика"ил ибн Селджук умер 8 рамадана 455 года 3г 95. Потомства у него не было (л. 110б), и наследником его престола после его смерти стал сын его брата великий султан "Адуд ад-Даула Алп-Арслан.

Султан Алп-Арслан был убит близ Самарканда в субботу в конце раби" I 465 года 3д 96. После него стал править его сын, великий султан Джалал ад-Даула Малик-шах. Он умер в ночь. на вторник 29 джумада I 487 года 3е 97. Султан Малик-шах [165] оставил после себя сыновей - Бёркийарука, Мухаммада и Санджара. Их власть распространялась на оба Ирака, Хорасан, 3ж Азербайджан, Фарс, Керман, Мазандаран, Дийар-Бакр и аш-Шам 3ж.

Султан Мухаммад умер, и царствовать стали его сыновья, один за другим, управляя под [верховной] властью великого султана Му"изз ад-Дина Абу-л-Хариса Санджара. Санджар был владыкой Хорасана и Хорезма, время от времени [завладевал] Газной и Мавераннахром. [Так было] до самой его смерти, [наступившей] в Мерве во вторник 25 числа месяца раби" I 552 года 3з 98.

После смерти султана Санджара господство сельджуков в Хорасане прекратилось, но сохранялось в Ираке, [хотя они] там были [государями] по форме, а не по существу [дела]. Ими управляли атабеки [вплоть] до смерти султана Тогрула, который был убит в Рее в четверг 9 числа месяца раби" I 590 (л. 111a) года 3и 99.

Со времени переправы сельджуков [через Джейхун] до убийства султана Рукн ад-Дина Тогрула ибн Арслан-шаха прошло сто шестьдесят четыре года. Со времени захвата ими Хорасана, после того как ими был разбит у Данданакана султан Мас"уд ибн Махмуд [ибн] Себюк-Тегин, минул сто шестьдесят один год, четыре месяца и двадцать три дня.

Их пребывание [у власти] было отмечено процветанием страны, подданные были осыпаны их благодеяниями и щедротами. [Их] правосудие обнимало всю страну, и безопасность обнимала рабов [Аллаха].

После смерти султана Санджара ибн Малик-шаха был разорен Хорасан, а Ирак был разграблен после убийства султана Рукн ад-Дина Тогрула ибн Арслан-шаха, да смилостивится над ними Аллах всевышний и да простит их обоих!

В дни их правления и в центре [владений] и на окраинах господствовала справедливость. Все соблюдали ее, и все были охвачены ею. Ветры насилия не шевелились, и крылья зла были обрезаны.

Хвала Аллаху, чьи владения не подвержены исчезновению!

(л. 111б) [ГЛАВА 41]

Рассказ о положении некоторых сельджукских мамлюков

Ни один из мамлюков халифов и [других] правителей не достиг того, чего достигли сельджукские мамлюки и потомки мамлюков. [166]

Из них [упомянем] владетеля Халеба Касим ад-Даула Ак-Сункура 100, а затем его сына - атабека "Имад ад-Дина Занги 101 - вали аш-Шама, Дийар-Раби"а, [Динар]-Мудара и Мосула.

Среди них [были] Ак-Сункур ал-Ахмадили и его потомки, [правившие] Марагой 102.

Среди них [были] ал-Му"аййид [Ай-Аба] и его сыновья, [правившие] в Хорасане.

Ак-Сункур Касим ад-Даула по указу (бимарсум) великого султана Джалал ад-Даула Малик-шаха завладел Халебом и его округами, 4а а он был его мамлюком 4а. Его потомки завладели аш-Шамом [и управляли там] до того времени, когда султаном стал ал-Малик ан-Насир Салах ад-Дин Йусуф ибн Аййуб 103, овладевший аш-Шамом и Египтом.

Среди них - дом Ануш-Тегина и его потомков 104, [они] завладели Хорезмом, а потом и многими странами.

Среди них - атабек Захир ад-Дин Туг-Тегин [и его потомки] 105, владевшие Дамаском и его округами.

Среди них - Сёкмэн и его сыновья, [владевшие] Арминией 106.

Кроме этих [были] еще другие, которые возвысились [до правителей], и их было немало.

Среди них - атабек Ил-Дегиз и его потомки, которые захватили Ирак и Азербайджан. Этот Ил-Дегиз, мамлюк султана Гийас ад-Дина Мас"уда ибн Мухаммада Тапара ибн Малик-шаха ибн Алп-Арслана ибн Да"уда ибн Мика"ила ибн Селджука, назначил, султаном сына своей жены Арслан-шаха ибн Тогрула ибн Мухаммада Тапара ибн Малик-шаха ибн Алп-Арслана. Он стал его атабеком, и поэтому его положение укрепилось и ему стали подвластны все страны, за исключением Багдада и его округов.

Когда Ил-Дегиз умер, (л. 112а) должность атабека [при султане] занял его сын Нусрат ад-Дин Мухаммад Пахлаван, который был братом султана Арслан-шаха по матери.

Когда он умер, его сменил в должности атабека его брат по матери Музаффар ад-Дин Кызыл-Арслан. Он арестовал Тогрула ибн Арслан-шаха ибн Тогрула, заковал его в цепи и заточил в одной из крепостей Азербайджана. Позже султан Тогрул вышел из своей темницы и завладел Ираком. А когда он был убит в сражении с хорезмшахом "Ала" ад-Дином Текишем ибн Ил-Арсланом в 590 году 4б, страны стали переходить из рук в руки между сыновьями Пахлавана. Так продолжалось до времени султана Джалал ад-Дина Манкбурны 107, [167] сына султана "Ала" ад-Дина Мухаммада, именуемого Санджаром ибн Текишем.

Последний из потомков [атабеков] - Узбек 108 - был брошен в крепость Алинджу 109 и умер там. Государство рода Ил-Дегиза окончательно прекратило свое существование. И хвала постоянному и вечному [Аллаху]!

Окончилась книга с благословения Аллаха и с его помощью. И да благословит Аллах господина нашего Мухаммада и его род!