Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
Пресс-ОбоЗрение
 
 
  
 


Слушайте, чтобы не нуждаться ни в чьих советах
Искусство публичного рассказа

Чары Бабаев
газета Нейтральный Туркменистан. 01.08.02
 
  
 

Богато и разнообразно устное народное творчество туркменского народа. Сказания и предания, легенды и дестаны, песни и причитания, пословицы и поговорки - вот далеко не полный перечень его видов и жанров.Хранителями литературного наследия и его распространителями в народе были бахши. Они были одновременно и певцами, и музыкантами, и поэтами, и рассказчиками, и хранителями народной мудрости. Имена знаменитых бахши долго хранились в памяти народа. Туркмены не отождествляли тот или иной период в своей истории с именами ханов, эмиров или шахов, как это было в Бухаре, Хиве или Коканде. Прошлое у туркмен определялось по имени прославленных бахши. Особо ценилось среди них искусство рассказывания различных историй, сказок и преданий. Однако распространение технических средств информации постепенно лишило народных актеров и рассказчиков аудитории, а вместе с ней 'хлеба бедности', как называли они свой заработок.

Искусство рассказа высоко ценилось на Востоке еще с древних времен. Так, уже в XI веке в 'Фихристе' ан-Надима, самом раннем из дошедших до нас арабских библиографических справочников, перечислены различные категории профессиональных рассказчиков, которые специализировались в передаче произведений разных жанров. Занимавший высокие посты в арабском халифате в начале IX в. ал Хасан ас-Серахси насчитывал десять 'искусств', которыми был обязан владеть по-настоящему образованный человек. Это - игра на лютне, игра в шахматы, метание копья, медицина, математика и верховая езда, поэзия, генеология и знание истории; 'но десятое превосходит все: знание историй, которые люди рассказывают на своих дружеских собраниях'.

Рассказы, сказки, легенды и т.п. исполнялись не только на публичных сборищах - их часто рассказывали дома, ими скрашивали вечера на привалах, заслушивались в караван-сараях. Одним словом, они были постоянными спутниками жизни туркмен.
Большинство профессиональных рассказчиков были выходцами из низших и средних слоев общества. Значительную прослойку среди них составляли странствующие дервиши, принадлежавшие к различным суфийским орденам и братствам. Изредка рассказчики выходили из более состоятельной среды.

Так, в мемуарах туркменского литератора Зейн ад-Дина Васефи 'Удивительные события', написанных в 30-х годах XVI века, рассказывается, как в 1468 г. некий владелец деревни Кийас ад-Дин 'получил доступ в окружение А.Навои. Он отправился в сад А.Навои и демонстрировал ему свое искусство в чтении Корана, декламации стихов, рассказывании (дестанов), в подражании (мимировании), в ведении беседы на научные и литературные темы...'

Как видно из приведенного отрывка, Кийас ад-Дин обладал разнообразными дарованиями и выступал в нескольких 'жанрах', как и многие профессиональные сказители, армия которых пополнялась за счет наиболее одаренных рассказчиков из числа дайхан, ремесленников, чарвадаров, а также представителей так называемого 'низшего духовенства', иногда прибегавших к этому виду искусства для дополнительного заработка. Обычным местом выступления рассказчиков и сказителей, кроме вышеупомянутых, была чайхана. Иногда хозяева чайханы даже платили им небольшие деньги, так как расскачики привлекали публику. Без них не обходились большие празднества. Правда, их иногда приглашали и на небольшие домашние праздники.

В прошлом манера и характер выступления профессиональных рассказчиков отличались от 'художественного чтения' в нашем современном понимании. Это был своеобразный 'театр одного актера' - представление, в котором исполнитель выступал не только как рассказчик, но и как мим, и как актер.
Рассказчики, как правило, знали наизусть сотни различных историй, легенд и сказок. Кроме того, хранили в своей памяти бесчисленное количество стихов, с помощью которых украшали свои рассказы. Их выступления были часто импровизацией на традиционные сюжеты, но иногда они сами были авторами своих повествований.

Нельзя не отметить ту огромную роль, которую сказители сыграли в культурной жизни туркменского народа. Конечно, в первую очередь они развлекали своих слушателей, но часто выступали и в роли подлинных просветителей, представляя собой и писателя, и драматурга, и актера, и музыканта.
Сказители, странствуя по людным дорогам и караванным тропам, останавливались в городах и селах, принося новости о событиях, происходящих в мире. Их речь, 'оснащенная' красочными и яркими выражениями, афоризмами и пословицами, пересыпанная стихами лучших классических поэтов Востока и безымянных народных певцов, обогащала язык слушателей. Они способствовали распространению знаний среди неграмотного и угнетенного населения.

Литература, из которой рассказчики черпали свой материал, с древних времен была широко распространена в странах Востока, в том числе и на территории нынешнего Туркменистана. Поэтому без преувеличения можно сказать, что до XX века на ней воспитывалась большая часть туркменского народа.Значительную по количеству произведений категорию составляют так называемые народные дестаны. Они неодинаковы по характеру и среди них можно выделить две группы: к первой группе относятся историко-героические дестаны, в основе которых лежат реальные исторические события; вторую группу составляют любовно-романтические дестаны.

Здесь мы не станем говорить о народных дестанах, вошедших в золотой фонд туркменской культуры. Речь пойдет о созданных в сельджукскую эпоху туркменских литературных произведениях, написанных на персидском языке.
Наиболее интересным и характерным дестаном первой группы является 'Кысса Абу Муслим' или 'Абу Муслим-нама', повествующий о руководителе восстания против Омейадов, которое началось в 747 году в Хорасане и закончилось в 750 году свержением их династии и приходом к власти в халифате династии Аббасидов, правившей вплоть до 1258 года. В 755 году Абу Муслим, будучи наместником Хорасана, был предательски убит по приказу халифа ал-Мансура.

Весть об убийстве Абу Муслима произвела огромное впечатление на население Средней Азии и Ирана, и скоро в народном сознании Абу Муслим превращается в легендарного героя, с именем которого вплоть до XVIII века часто связывались идеи народно-освободительной борьбы. Абу Муслим оставил значительный след в фольклоре тюрских, иранских и некоторых кавказских народов, с его именем связывают множество легенд и преданий. Его жизни, многие годы которой он отдал борьбе, посвящен дестан 'Абу Муслим-нама', автором которого во всех дошедших до нас рукописях назван Абу Тахир ат-Тартуси.

Огромной популярностью пользовался дестан 'Кысса Амир Хамза', посвященный жизнеописанию дяди Пророка Мухаммеда - Хамзы ибн Абд ал-Мутталиба. Предание гласит, что история Амира Хамзы была составлена для султана Махмуда Газневи (997-1030 гг.) в четырнадцати томах лучшими писателями того времени. Султан Махмуд считал, что дестан интересен тем, что помогает научиться правилам ведения войны, осады крепостей и захвата городов, а также познать различные обычаи других народов. Султан Махмуд каждый день заставлял читать себе отрывки из этого дестана, 'чтобы не нуждаться ни в чьих советах'. Этот факт очередной раз подтверждает мысль, что дестаны воспринимались аудиторией не только как развлечение, но и как средство познания окружающего мира. Причем такое отношение к ним сохранилось вплоть до XIX века.

И действительно, в тексте этого дестана имеются сведения, заимствованные составителями из средневековых трудов по космографии, географии, минералогии, медицине, астрономии, астрологии, трактатов о соколиной охоте, стрельбе из лука и т.п. Конечно, эти конкретные сведения в той или иной мере искажались составителями дестанов, уровень грамотности которых далеко не всегда был достаточно высоким, но отрицать просветительскую роль, которую в свое время сыграли дестаны, было бы ошибкой.

В 1550 г. император династии Великих Моголов Хумаюн (1530-1556 гг), правивший в Дели, повелел своему придворному живописцу, знаменитому художнику Мир Сеиду Али создать иллюстрации к дестану об Амире Хамзе. Работа над иллюстрациями велась целым коллективом художников и была завершена через 25 лет, уже при сыне Хумаюна - Джалал ад-Дине Акбаре (1556-1605 гг.). Художники создали 1400 миниатюр, которые были выполнены на холсте и затем наклеены на картоны размером 67х78 см; на обороте картонов лучшие каллиграфы записали персидский текст дестана. От этого шедевра, стоившего целое состояние, сохранилось всего лишь около 100 миниатюр, которые в настоящее время хранятся во многих музеях мира и частных собраниях.

Примерно в XVI-XVII веках широкое распространение среди туркмен получили любовно-романтические сказания, или сборники песен, объединенные общим сюжетом, в котором самым тесным образом переплетались элементы фантастики, метко схваченные наблюдения, а также лирико-психологические мотивы и назидания. Многие дестаны этой категории вошли в антологию туркменской поэзии. В народных дестанах 'Шасенем и Гариб', 'Саят и Хемра', 'Хурлукга и Хемра', наряду с причудливой романтикой и трогательной лирикой мирно уживаются вычурная фантастика и так называемая 'низменная реальность'.
Следующую категорию составляют городские повести, новеллы и 'животные' рассказы. Сюжеты этих произведений имеют аналогии в новеллах и назидательных рассказах различных народов. Их можно сравнить с фаблио, оказавшими столь сильное влияние на развитие европейской литературы, в особенности новеллы.

Городские новеллы носят более реалистический характер и герои их обычно взяты из повседневной жизни. Главное их содержание составляет описание человеческих слабостей: недостатков и пороков представителей власти, с которыми нередко сталкивался простой люд мусульманского Востока. Сатирический характер имеет распространенный рассказ 'Вор и Судья', в котором вор ловко использует аяты Корана и приписываемые Пророку хадисы, чтобы раздеть глупого и, в общем-то, как оказалось, безграмотного судью.'Животные' рассказы-притчи, анекдоты, пословицы и поговорки всегда были популярны в народе, и составляли не только основное чтение для детей, но и предмет высокой дидактической литературы.

И наконец, последнюю категорию составляют дестаны и повести религиозного характера. Повествования, относящиеся к этой категории, посвящены подвигам членов семьи Пророка во имя ислама, священным войнам, житиям святых.Изучение туркменской народной литературы продолжается, оно имеет большое значение для понимания истории богатой и древней туркменской культуры.



 
  
 


Первооткрыватель Анау
Экспедиция Пампелли

Хемра Юсупов
газета Нейтральный Туркменистан. 01.08.02

К 100-летию работы американской археологической экспедиции
При изучении последовательно сменяющихся культур археологи всегда стремятся установить стратиграфию, то есть чередование образовавшихся за длительный промежуток времени культурных слоев. Каждый из них, изученный и датированный, служит потом образцом при изучении аналогичных памятников. Однако даже на самых крупных памятниках бывают отражены не все этапы древней жизни. В 1903-1904 годах американская экспедиция под руководством профессора геологии и минералогии Института Карнеги из Вашингтона Рафаэля Пампелли провела раскопки двух древних холмов Анау. Правда, раскопки северного холма Анау впервые были проведены в 1886 году генералом А.В.Комаровым.
 
  
 

Хотя его деятельность считается не научной, методически несовершенной и непоследовательной, даже 'кладоискательской', но она послужила в определенной степени толчком к дальнейшему изучению древностей Центральной Азии.В 1904 году Р.Пампелли ввел в научный оборот материалы из раскопок Анау. С тех пор в специальной литературе отмечается, что в эпоху энеолита - медно-каменного и бронзового времени на подгорной равнине Копетдага существовала оседло-земледельческая культура, называемая 'Культурой Анау'.

Как сказано выше, это были первые археологические раскопки на территории Туркменистана. В нем участвовали археолог Губерт Шмидт и ассистент Эльсворс Хентингтон. Впервые критическую оценку работе, которую вела эта группа археологов в Анау, дал В.В.Бартольд, мнение которого было поддержано в середине XX века исследователями Б.А.Литвинским, В.М.Массоном и многими другими. Они отмечали низкий методический уровень раскопок тех лет; невыявленные строительные комплексы; приведение раскопок к ненужному дроблению раскопочной площадки; огромное количество неучтенного материала; низкий уровень проведенной классификации керамики. Были отмечены и курьезные случаи, когда венчик и ножка одного сосуда причислялись к разным группам сосудов и другие. Эту критику следует признать чрезмерной.

Действительно, с высоты современной науки видны многочисленные недостатки проведенных Р.Пампелли работ и неприемлемость датировок. Однако, благодаря развернутой публикации ярких материалов по четырем выделенным стратиграфическим слоям, они получили мировую известность как анауские древнеземледельческие культуры. Со временем выявились недостатки анауской стратиграфии. В ней отсутствует земледельческий неолит (Джейтун - VI тыс. до н.э.) и поздний энеолит (вторая половина IV - первая половина III тыс. до н.э.), представленный верхним слоем одного из крупнейших земледельческих поселений Гарадепе у Артыка.

Кроме того, в слой Анау III вошли неразделенные культуры ранней, развитой и поздней бронзы, а слой Анау IV включил весь период раннего железа также без подразделений. Учитывая это, археолог А.А.Марущенко еще в 1939 году выдвинул 12-стадиальную схему членения древнеземледельческих культур, которая не получила признания только лишь из-за неудобопроизносимых названий, а к началу 50-х годов заменил ее дробной 17-ступенчатой анауской колонкой - от Анау IА до конца раннежелезного времени. Ее следует признать наиболее объективной и полной, а также основанной на всемирно известном памятнике Анау. Однако в те годы научные вопросы нередко решались, как видно из вышеизложенного, на далеких от науки основаниях. Было решено взять за основу не Анау, ставшее известным благодаря американцам, а Намазгадепе, изучаемое собственными силами советских ученых.

В 50-х годах анауская стратиграфия была заменена намазгинской, которая, впрочем, имеет свои существенные недостатки: нет слоев Джейтуна, Анау IА и раннего железа; не выделены подразделения внутри каждой из шести культур, особенно в Намазга II. В настоящее время широко применяется намазгинская стратиграфия, от анауской оставлен период Анау IA и собирательное название 'анауские культуры' для обозначения родственных и взаимосвязанных древнеземледельческих племен Прикопетдага, Теджена и Мургаба.

Культура Анау IА не имеет уточненной хронологии и в целом заключается в рамках V тыс. до н.э. Ее поселения, вероятно, сосуществовали параллельно с джейтунскими, на некоторых памятниках они перекрывают джейтунские слои. Одновременность существования тех и других населенных пунктов подтверждается применением сырцового кирпича вместо похсы в последних слоях позднеджейтунского поселения Чагыллыдепе, найденным здесь же кусочком меди. В свою очередь, фрагменты чагыллинской керамики обнаружены на соседнем анауском поселении Чакмаклыдепе. Наконец, в анауской росписи сосудов появляются некоторые типичные джейтунские мотивы. Остатки населенных пунктов Анау IА распространены от Чаача на юго-востоке до 73 км шоссе Ашхабад-Бахарден. Наибольшая мощность культурных слоев составляет 3,5 м.

Основу хозяйства анаусцев составляли орошаемое земледелие и скотоводство. Большой интерес вызвали находки на Чакмаклыдепе двух каменных мотыг для обработки земли. Об изготовлении пряжи из шерсти свидетельствует многочисленные пряслица. Высокого развития достигло керамическое производство. Керамика резко отличается от джейтунской: она тонка и изящна, хотя и вылеплена вручную, имеет хороший обжиг (но в середине черепка иногда есть темная полоса), приготовлена из тонкоотмученной глины. Посуда покрыта ангобом, иногда встречается лощение. Нередко некоторая часть изделий расписана снаружи и изнутри сетками, наклонными полосами, ломаными линиями, иногда украшена залитыми треугольниками.

На Монджыклыдепе раскопаны остатки древнейшей печи для обжига керамики. В отличие от джейтунских поселений анауские застраивались довольно тесно сомкнутыми многокомнатными домами из сырцового кирпича, массивы которых разделялись извилистыми проходами-улочками. Внутренние интерьеры жилых помещений оформлялись окраской полов и стен в черный и красный цвета.

Крупный рогатый скот составлял около половины от общей численности домашних животных. Важнейшим достижением в животноводстве было приручение двугорбого верблюда. Оно произошло где-то в пределах довольно обширного региона распространения памятников анауского типа - Прикопетдага, Туркмено-Хорасанских гор. Небезынтересно, что в 70-х годах XX века в Западном погружении Эззетгарагозского хребта Западного Копетдага, в 80 км (на юго-восток) от поселка Кумдаг были обнаружены окаменевшие следы древних животных - верблюдов, баранов, газелей, хищников кошачьей породы, разнообразных птиц. Эти уникальные, единственные пока в мире находки, возраст которых 2,5 млн. лет, убедительно подтверждают, что Туркменистан входит в зону появления благородных, древних диких животных - верблюдов.